О безграничном милосердии, жизни, помощи ближним, различиях и сходстве между Украиной и Германией в интервью Ангелики фон Тёрне

22773249_1450631058391167_749565112_n1-1.jpg

Вечер незаметно пролетел в беседе с удивительной женщиной, которая всю свою жизнь посвятила помощи людям. Мне очень хочется, чтобы и вы познакомились с очаровательной Ангеликой фон Тёрне из Германии, которая всем сердцем любит наш город и считает его своим домом. Хотя как передать блеск в глазах, безграничную доброту, потрясающий оптимизм и тонкий юмор этой хрупкой и одновременно сильной Женщины?! Той, которая не перестает помогать людям. Той, которая в 75 лет дважды в год садится за руль маленького автомобиля и совершает путешествие из Германии в Украину. Она знает как свои пять пальцев все украинские дороги и может составить конкуренцию любому навигатору. А главное, она не боится покидать свою маленькую деревушку в Германии для того чтобы совершить очередное путешествие в ее любимый Бердянск, где ее всегда ждут и где она продолжает нести добро и помогать людям.

Ангелика, как получилось что Вы выбрали для себя такую нелегкую профессию на всю жизнь – помогать людям?

– Я родилась в семье пастора, поэтому такой образ жизни был для меня естественным с самого рождения. В семье было много детей, да и времена были очень тяжелыми, послевоенными, – но двери нашего дома всегда были открыты для тех, кто нуждался. Как бы не было нам тяжело, но папа всегда находил возможность помочь тем, кто обращался к нему за помощью. Семья делилась последним кусочком хлеба и я с самого раннего детства привыкла поступать именно так. Позже я стала диаконисой – медицинской сестрой в сестринском корпусе при Евангелической Церкви. Там я проработала 20 лет.
Нужно понимать, что работа в подобной организации сильно отличается от привычного нам восприятия работы. Мы не получали заработной платы, что в дальнейшем сильно отразилось на моей пенсии – она значительно ниже обычной. К тому же не было понятия “рабочий день” – мы приходили каждый день на работу и оставались там столько, сколько это было необходимо, – часто по 13-15 часов. Времена были очень тяжелые и наши руки были очень нужны.

Подобные центры, как они работали и кто мог в них обращаться?

– Институт милосердия при Евангелической Церкви Германии начинает свою историю с 1894 года. При церквях открывались больницы, пациентами которых становились больные люди, инвалиды, брошенные дети. Быть медицинской сестрой при такой больнице – больше похоже на монашеское послушание, чем на обычную работу медицинской сестры.

Какие воспоминания из этого периода Вашей жизни были самыми тяжелыми?

– Кроме обычных пациентов сестринских корпусов, которые попадали туда по состоянию здоровья, в эти же палаты попадали брошенные дети. Очень больно было смотреть на то, как здоровые брошенные крошки попадали в палаты с больными, и там от них заражались. А поместить их больше было некуда. Однажды, когда мне было 19 лет, в нашу больницу попал оставленный ребенок. Я очень привязалась к нему и хотела его усыновить. Но власти ГДР негативно относились к Церкви и не давали пасторам и сотрудникам церковных структур разрешения на усыновление. К тому же вскоре ребенок заразился воспалением легких и умер от пневмонии.

Если говорить об оставленных детях, то наверное сейчас ситуация в Германии сильно изменилась, жизнь улучшилась, а значит, и количество таких детей уменьшилось?!

– К сожалению, совсем наоборот. Таких детей становиться все больше. По разным причинам – либо из-за болезни, либо из-за низкого социального положения семьи. Так, например, в больших городах Германии до сих пор есть возможность отказаться от ребенка анонимно. То есть просто оставить его в коробке под дверями приюта или больницы.

Ангелика, а какие моменты были самыми приятными в сестринском корпусе?

В дни церковных праздников все сестры собирались вместе в больнице в одинаковых праздничных одеяниях и распевали многоголосные хоралы для своих подопечных. В это время благость и спокойствие распространялось вокруг. Я счастлива каждый раз, когда участвую в подобных песнопениях или даже просто вспоминаю о них. Для меня – это воспоминание о детстве, о дружной семье и папе, который каждый вечер собирал нас, читал отрывок из Библии, затем мы вместе рассуждали о прочитанном и пели хоралы.

Вы провели 20 лет в монашеском послушании. А что было потом?

– Моя мама заболела и я переехала из ГДР в ФРГ для того, чтобы заботится о ней. Еще 10 лет я провела в заботах о маме и продолжала работать медицинской сестрой. я не переставая помогала людям, без выходных, отпуска или больничных.

Епископ НЕЛЦУ Сергей Машевский вручает Ангелике фон Терне медаль и свидетельство с благодарностью за благословенный труд и служение, 2015 год

Следующий вопрос я задавала уже для просто чтобы убедиться в правильности своих выводов. И мне он казался кощунственным – ведь глядя на эту оптимистичную, яркую, активную, излучающую добро женщину, я и сама знала на него ответ. Но, все же:

Сейчас очень часто принято говорить об “эмоциональном выгорании”. Этот термин чаще всего применим к тем людям, которые занимаются волонтерством или активной социальной работой. Есть ли такое понятие в Германии, и если да, – то как с ним там справляются?

– Я никогда не задумывалась о таком. В немецком языке даже не существует такого термина – “эмоциональное выгорание”, он пришел из английского языка. За всю свою жизнь у меня был только один день, когда я не вышла на работу. Это случилось лишь потому, что в этот день с моей мамой случился инсульт.

Я и другие люди в сестринском корпусе никогда не обращали внимание на наши болезни. Болит голова – ты выпиваешь таблетку и идешь помогать людям. Сопли или плохое настроение – оглянись вокруг, рядом есть люди, которым тяжелее и им нужна твоя помощь. Я считаю, что «эмоциональное выгорание» не грозит тому, кто доверяет Богу и уповает на Него.


продолжение следует..
.

Поделиться этим сообщением

PinIt
submit to reddit
Top